Похождения Чичикова или мертвые души

О работе: Мертвые души. Том 1

Поэма Н. Гоголя. Издание второе. Москва 1846 (1)
 
(1) Впервые напечатано в «Современнике», 1847, т. I, № 1, отд. 3, стр. 56—59 (ценз. разр. от 30 декабря 1846), за под писью:   В. Б.
 
Ни время, ни место не позволяют нам входить в по дробные объяснения о «Мертвых душах», тем более что это мы непременно сделаем в скором времени, предста­вив читателям «Современника», может быть, не одну статью вообще о сочинениях Гоголя и о «Мертвых ду шах» в особенности. Теперь же скажем коротко, что, по нашему крайнему разумению и искреннему, горячему убеждению, «Мертвые души» стоят выше всего, что было и есть в русской литературе, ибо в них глубокость живой общественной идеи неразрывно сочеталась с бесконечною художеетвенностию образов, и этот роман, почему-то названный автором поэмою, представляет собою произ ведение столько же национальное, сколько и высоко художественное. В нем есть свои недостатки, важные и неважные. К последним относим мы неправильности в языке, который вообще составляет столько же слабую сторону таланта Гоголя, сколько его слог (стиль) состав ляет сильную сторону его таланта. Важные же недо статки романа «Мертвые души» находим мы почти везде, где из поэта, из художника силится автор стать каким-то пророком и впадает в несколько надутый и напыщенный лиризм... К счастию, число таких лирических мест незна чительно в отношении к объему всего романа, и их можно пропускать при чтении, ничего не теряя от наслаждения, доставляемого самим романом.

Но, к несчастию, эти мистико-лирические выходки в «Мертвых душах» были не простыми, случайными ошиб ками со стороны их автора, но зерном, может быть, совер шенной утраты его таланта для русской литературы... Все более и более забывая свое значение художника, принимает он тон глашатая каких-то великих истин, ко торые в сущности отзываются не чем иным, как парадоксами человека, сбившегося с своего настоящего пути ложными теориями и системами, всегда гибельными для искусства и таланта. Так, например, в прошлом году вдруг появилась статья Гоголя о переводе «Одиссеи» Жуковским,(2) до того исполненная пародоксов, высказанных с превыспренними претензиями на пророческий тон, что один   бездарный   писака (3)   нашел   себя   в   состоянии написать по этому поводу статью, грубую и неприличную.

__________________

(2)   Полное ее название   «Об   Одиссее,   переводимой Жуковским».    Статья    представляет    переработку    письма    Гоголя Н. Языкову. Она была напечатана в   1846 г.   в   «Современнике», «Московских ведомостях» и «Москвитянине». Впоследствии вошла в   качестве   главы   в   книгу   «Выбранные   места   из   переписки   с друзьями».

(3)    Бездарный   писака — Е.   Ф.   Розен,   реакционный критик, опубликовавший в «Северной пчеле» отзыв на статью Го голя.

  По тону, но справедливую и основательную в опровер жении парадоксов статьи Гоголя.    Это опечалило всех друзей и почитателей таланта Гоголя и обрадовало всех врагов его. Но история не кончилась этим. Второе изда ние «Мертвых душ» явилось спредисловием, которое... которое... которое испугало нас еще больше знаменитой. В летописях русской литературы статьи об «Одиссее»... Это предисловие внушает живые опасения за авторскую славу   в   будущем    (в   прошедшем   она   непоколебимо прочна) творца «Ревизора» и «Мертвых душ»; оно грозит русской литературе новою великою потерею прежде вре мени...   Предисловие это странно само   по себе, но его тон...   C'est le ton qui fait la musique, * говорят фран цузы...   В этом тоне столько неумеренного   смирения   и самоотрицания, что   они   невольно заставляют читателя предполагать тут чувства совершенно противоположные...

___________________

* Это тон, который делает музыку. — Ред.

 Кто бы ты ни был, мой читатель, на каком бы месте ни стоял, в каком бы звании ни находился, почтен ли ты высшим чином (,) или человек простого сословия, но если тебя вразумил бог грамоте и попалась уже тебе моя книга, я прошу тебя помочь мне.

 Вы думаете, это начало предисловия к «Путешествию московского купца Трифона Коробейниковас товарищи в Иерусалим, Египет и Синайской горе, предпринятое по особливому соизволению государя царя и великого князя Иоанна Васильевича в 1583 году»? — Нет, ошибаетесь: это начало предисловия ко второму изданию поэмы «Мертвые души»... Но далее —

 В книге, которая перед тобой, которую, вероятно, ты уже про чел ** в ее первом издании, изображен человек, взятый из нашего же государства. Ездит он по нашей русской земле, встречается с людьми всяких сословий, от благородных до простых. Взят он больше затем, чтобы показать недостатки и пороки русского человека, а не его достоинства и добродетели, и все люди, которые окружают его, взяты также затем, чтобы показать наши слабости и недостатки; лучшие люди и характеры будут в других частях. В книге этой многое описано неверно, не так, как есть и как дей ствительно происходит в русской земле, потому что я не мог узнать всего: мало жизни человека на то, чтобы узнать одному и сотую часть того, что делается в нашей земле. Притом от моей собствен ной оплошности, незрелости и поспешности произошло множество всяких ошибок и промахов, так что на каждой странице есть что поправить: я прошу тебя, читатель, поправить меня. Не пренебреги таким делом. Какого бы ни был ты сам» высокого образования и жизни высокой (?), и какою бы ничтожною пи показалась в гла зах твоих моя книга, и каким бы ни показалось тебе мелким делом ее исправлять и писать на нее замечания, — я прошу тебя это сде лать. А ты, читатель не высокого образования и простого звания, не считай себя таким невежею, *** чтобы ты не мог меня чему-ни будь поучить. — И пр.

_____________________________

** Автор не шутя думает, что его книгу прочли даже люди про стого сословия... Уж не думает ли он, что нарочно для нее выучи лись они грамоте и пустились в литературу?..

***Вероятно, автор хотел сказать невеждою. Замечательно, как умеет он ободрять простых людей, чтобы они не пугались его ве личия...

 Вследствие всего этого скромный автор наш просит всех и каждого «делать свои заметки сплошь на всю его книгу, не пропуская ни одного листа ее», и «читать ее не иначе, как взявши в руки перо и положивши лист почтовой бумаги», а потом пересылать к нему свои за метки. Итак, мы не можем теперь вообразить себе всех русских людей иначе, как сидящих перед раскрытою кни гою «Мертвых душ» на коленях, с пером в руке и листом почтовой бумаги на столе—чернильница предполагается сама собою... Особенно люди невысокого образования, невысокой жизни и простого сословия должны быть в больших хлопотах: писать не умеют, а надо... Не лучше ли им всем пуститься за границу для личного свидания с автором,— ведь на словах удобнее объясниться, чем на бумаге... Оно конечно, эта поездка обойдется им доро гонько, зато какие же результаты выйдут из этого... К чему весь этот фарс? — опросите вы, читатели. Отве чаем вам словами одного из героев комедии Гоголя: «Поди ты, спроси иной раз человека, из чего он что-нибудь делает...» (4)

______________________________

4    Цитата из «Женитьбы», действие II, явление XVII.

 В этом фантастическом предисловии есть весьма уте шительное извещение, что «воспоследует издание новое (то есть новое издание) этой книги, в другом и лучшем виде». Боже мой, как вздорожают тогда первые два из дания! Ведь до этого, второго, «Мертвые души» прода вались по десяти рублей серебром вместо трех...