Между светом и тенью. Полый спектакль: Юрий Ерёмин поставил на сцене театра сатиры спектакль по пьесе Т. Уильямса

 Юрий Ерёмин выпустил в Театре Сатиры премьеру по пьесе американского драматурга Теннесси Уильямса "Битва ангелов" "Между светом и тенью". Режиссёр написал сценарий, осуществил постановку и выступил автором сценографии. Сама пьеса "Битва ангелов" была написана драматургом в 1940 году, но успеха не имела. Произведение больше известно под оригинальным названием "Orpheus Descending" - "Орфей спускается в ад", где прослеживается аналогия с древним мифом об Орфее, который последовал в царство Аида, чтобы освободить любимую Эвредику. Она была сыграна лишь в 1957 году на Бродвее. Затем долгие годы в Театре Моссовета главную героиню пьесы Лейди Торренс играла Вера Марецкая. Потом – Людмила Касаткина в Театре Российской армии. А в 1960 году вышла экранизация, где главную роль исполнила Анна Маньяни.

 Действие спектакля разворачивается в 70-е годы в одном из южных штатов Америки. Правда, о времени в спектакле напоминают разве только костюмы молодых героев - расклешенные брюки, потёртая джинса и обувь на толстой, высокой подошве. Ни о каких разбойных делах, которые вёл муж Лейди Торренс Джейб - убийца её отца, о чём она узнает позже; ни о сухом законе, который в своём винограднике нарушал пьяница - отец Лейди в спектакле речи не идёт. Эти черты, типичные для Америки 70-х, присутствуют только в тексте Уильямса, но не в действии. Юрий Ерёмин прошёл мимо этих событий из-за чего спектакль получился мелодраматичным и вялотекущим. Хотя сам режиссёр признался, что хотел только показать трагическое одиночество художника. Эту идею воплощает Вэл Зевьер - Андрей Барило. Странствующий молодой человек находит работу в магазинчике Лейди Торренс, ухаживающей за умирающим мужем. Гитара, которую он никому не разрешает трогать, - символ художника. В этом музыкант похож на героя Петра Мамонова из фильма "Такси-блюз". "После тебя я не смогу на нём играть", - говорит он таксисту, который забрал саксофон за неоплаченный проезд. Музыкальный инструмент для него священный, также как и сам процесс творчества. В драматургии Уильямса, равно как и Чехова, важны все эти оттенки, без них роман Вэла и Лейди просто очередная мыльная опера. Кроме того, в некоторых сценах - монолог о птице, касания рук, когда Вэл достаёт гитару и финал - выглядят примитивно, чем и отличается индустрия сериалов. На словах о птичках, которые всю жизнь находятся в полете одни-одинешеньки, актриса расправляет руки. И тут никак не удержаться от ассоциаций со знаменитой сценой из киноэпопеи «Титаник» Джеймса Камерона.  

  Интересная аналогия с мифом об Орфее не получилась. К тому же, в самой пьесе Вэл остаётся жив, его обвинили в убийстве жены Торренс. В спектакле оба погибают от руки умирающего мужа. Джейкоб Торренс сам шага сделать не может, его постоянно как статую переносят с места на место. Действие тянется неспешно, одни декорации сменяют другие. Хотя в целом на сцене ничего не меняется: на движущемся кругу стоит прозрачная конструкция – магазин, во втором действии здесь появится кафе. Лейди после того, как узнает, что её муж и есть настоящий убийца отца, украсит помещение зелёным виноградником, который когда-то Джейкоб сжёг. Второе действие символизирует пробуждение героини, её триумфальное возвращение к жизни, которое возродил в ней Вэл. Скучные серого цвета платья она сменит на яркий атласный топ и воздушную, как у балерины юбку. На сцене появится даже сам худрук театра Александр Ширвиндт в роли Дэвида Катрира, давнего любовника Лейди, от которого она забеременела, но ребёнка выходить не смогла. Он появится всего на несколько минут, от чего это покажется неким реверансом в адрес публики. Но даже этот выход не оживит действия.

 Главная героиня в исполнении Алёны Яковлевой очень ранима, она уже давно принесла себя в жертву мужу. Она и играет Лейди как утончённую натуру, несмотря на то, что характер актрисы абсолютно иной. И в этом основная неубедительность образа. На протяжении всего действия героиня не меняется, а это так важно во втором действии. Меняются только костюмы, декорации и обстоятельства – она ждёт ребёнка от Вэла. Нутро актрисы тяготеет совсем к другим образам: героиням с сильным характером, с внутренним стрежнем, скрытым, переживающим боль в себе, но не на публике. Яковлева актриса нюансов, оттенков, она способна на ёмкие, глубокие роли. Возможно, это и спасло бы спектакль от излишней мелодраматичности, если бы образ Лейди был более жёстким, даже грубоватым. И можно было бы прочитать всю биографию Лейди, всю её историю только по одному взгляду героини. Чеховская Маша из «Трёх сестёр», вот её образ. Это избавило бы спектакль от излишней приторности. Только на одном образе можно было бы выстроить весь спектакль, прочитать его смысл. Но это не вина актрисы, такой образ диктуют режиссёрские рамки спектакля.

 В финале зелёный сад из искусственных виноградников, который так старательно возделывала Лейди, исчезнет в клубах дыма и рыжего пламени вместе с влюблёнными. Красивая упаковка спектакля, знаменитые артисты, интересная пьеса, тем не менее, не могут заменить истинного содержания постановки, а потому работа Юрия Ерёмина получилась наполненная снаружи и полая внутри.